КОЛЛЕКТИВНЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ

0
177
05 октября 2018

Лиминальное Лидерство

«Мы живем в мире, где недоверие, жадность и насилие маскируются под здравый смысл и где такой выбор путей взаимодействия с миром с легкостью одобряется. Следуя выбору не доверять другим, мы создаем социальные и международные структуры и тем самым все больше оправдываем недоверие. И этот кошмар становится единственным путем обретения мудрости». ~ Грегори Бейтсон

Сегодняшний «благоразумный» путь поддержания жизни вполне может быть причиной близорукости и разрушения. Это «неблагоразумная» статья – я все меньше опираюсь на стратегии рациональности, несмотря на обвинения в идеализме. Будущее наступает слишком быстро и хотя в нем уже мерцают некие глобальные тренды, они все еще едва различимы. Невозможно заранее знать все, что произойдет, поэтому люди нервничают, а тема лидерства звучит повсеместно. Я не уверена, что лидерство – лучшее из определений того, что нам действительно нужно сейчас. Но из-за отсутствия другого символа, давайте использовать это.

Меж-системные изменения

Чем бы лидерство не являлось в прошлом – это уже позади. Теперь оно должно стать чем-то новым. Сегодня мы все должны стать чем-то большим, чем были раньше.

Существует несколько моделей лидерства. Стратегическое лидерство, лидерство без титула, организационное, инновационное, творческое, коллективное, трансформационное, межкультурное, лидерство в команде – список можно продолжать долго. Вид лидерства, о котором я хочу поговорить в рамках этой статьи, пока не идентифицирован как лидерство вообще. Меня интересует некая взаимная забота и внимание к благополучию всех людей и экологических систем. Такое лидерство не может быть обнаружено у отдельных лиц; скорее – между ними. Его нельзя найти в организациях, нациях, религиях или институтах; скорее – между ними. Я называю его Пороговым Лидерством (Liminal Leadership), чтобы подчеркнуть эту взаимосвязь.

Изменения, с которыми мы сталкиваемся – межсистемные. Они затрагивают связь между экономикой, здравоохранением, политикой, экологией и коммуникацией. Это сокрытое во мраке живое пространство «между всем». Взаимозависимость, которую мы обсуждаем, не следует рассматривать как «запчасть» в двигателе, которую можно было бы заменить. Она неуловима ни в экономике, ни в системе образования, ни в политике или системе здравоохранения, ни в средствах массовой информации или даже культуре.

Это способ, которым все эти аспекты нашего мира погружены в «котел жизни» и доходят «до готовности». Никакие ингредиенты этого социально-экономического «супа» не могут быть удалены, но приправы и температуру приготовления можно варьировать.

Как граждане и люди, мы не должны говорить про эти институты «они» – нет никаких «они». Вы и я – все мы одновременно находимся в этих системах и занимаем в них позицию либо пассивного наблюдателя, либо активно вносящего изменения. Нет шансов избежать этого. Но мы также находимся и в рамках другой, более глобальной системы: экологии биосферы.

Трудность состоит в том, что экология наших учреждений не поддерживает экологию Земли и закономерности развития естественных процессов в сложных живых системах. Большая часть человечества, за исключением нескольких племенных народов, живущих в дикой природе, находится «между» – в лиминальном пространстве. И поэтому нуждается в обеих «экологиях», чтобы выжить.

Такие потребности, как еда, дыхание, любовь, создание сообществ, – очевидны, тогда как переосмысление структуры общества чрезвычайно сложная и не всегда заметная задача. По мере того, как наши живые системы (тела / сообщества / организации / регионы / государства, — Прим. переводчика) начинают изнашиваться, необходима их реорганизация. Кто же поведет нас по этому пути?

Кто эти эксперты лиминального пространства? Где взять таких профессионалов, которые знают эту территорию, кто каждый день соприкасается со здоровьем, экономикой, СМИ, политикой, образованием и с планетой Земля как живой системой… Кто они? Ответ ясен – это все мы.

Виньетка 1:

Когда я переехала в Стокгольм, я провела много дней под опекой моего лучшего друга. Он водил меня повсюду. Это был его город, его физическое тело словно расширилось до границ города. Я никогда не задумывалась о том, куда мы направляемся. Я полагалась на его знание и весело шла туда, куда нас вели ноги. В одиночку я бы возилась с картами и труднопроизносимыми, ничего для меня не значащими названиями мест в путеводителе. Единоличные усилия не подарили бы мне столько радости и результаты были бы неоднозначны.

Я постоянно путешествую, но в других городах у меня не бывало подобного опыта. Обычно я откладываю погружение в атмосферу и детальное знакомство с городом по разным уважительным причинам и при этом совсем не замечаю городского ландшафта. Аналогичным образом лидерство обычно определяют внутри организаций, наций, департаментов, министерств, органов власти — лидерство как что-то привнесенное извне. И люди опираются на него. Мне кажется, пока не существует опыта того, как опереться на пороговое/лиминальное лидерство.

Отмечая пережитки идей сотрудничества и конкуренции

Я признаю значимость того факта, что великие лидеры прошлого довели нас до настоящего момента в истории. Я готова признать, что, возможно, на предыдущих этапах эволюции человека и общества понятие лидера как доминантного предводителя было необходимо. Но теперь, чтобы справиться со сложностью мира и сделать эволюционный скачок к совместному существованию, я полагаю, нам нужно что-то другое. У лидерства есть своя уродливая сторона. Она включает примеры кровожадности колониальных завоевателей и пронизана конкуренцией, амбициями, доминированием, гордыней, высокомерием.

Понятие лидерства привлекает внимание к отдельным людям и отвлекает его от контекстуальных условий, которые их создали. Является ли дерево высоким, потому что оно росло более умно, чем другие деревья? Или это случилось потому, что почва, свет, вода и биоразнообразие послужили условиями для процветания всех деревьев и крошечных, и больших? Будущее зависит именно от такого процесса относительной согласованности многих и многих условий.

Мне прислали заявку на конкурс с призовым фондом в несколько миллионов долларов, присуждаемых тому, кто представит наилучший проект для развития социального сотрудничества. В этом заключается большая ирония. Борьба за идею о сотрудничестве является прекрасной иллюстрацией того, почему так много изменений сегодня пронизано токсичными испарениями «героизма-зависти», «погони за золотом» и «продвижению к цели по головам». Эта форма мышления привела нас к беспорядку и, конечно же, она нас не спасет. Такого рода соревнования разделяют людей, которые могли бы работать вместе. Им нужно будет прятать свои идеи для того, чтобы они не были украдены; они будут требовать взаймы вместо того, чтобы делиться с другими. Жажда бестселлера, вирусного мема о том, как спасти мир, лучше подойдет для Уолл-Стрит, чем для людей, меняющих мир.

Будьте начеку! Когда вам предлагают сотрудничество и обещают славу или награды, вы вновь сталкиваетесь с устаревающими идеологиями капитализма. Процветание зависит от способности понимать взаимосвязи и отвечать им.

Идеи перемен, основанные на реалиях прошлого века, несут собой механистическое мышление, капиталистическую эксплуатацию и установки вроде «человек человеку волк». Поначалу трудно разглядеть, как эти ядовитые пережитки мышления проникают внутрь, но так и есть. В формате полностью «упакованного» видения новых экономик все еще остается открытым вопрос о том, как производить блага без эксплуатации. В «озеленении» товаров народного потребления по-прежнему существует необходимость стимулировать потребительский спрос. Интегральность «урезается» до рыночной стоимости. Наличие смыслов и способы его поиска также выставлены на продажу.

Идея сотрудничества бессознательно связывается нами с механистическим миром, где много деталей собраны воедино для создания функции. Но в живых системах сотрудничество — нечто гораздо большее, чем «каждый здесь делает свое дело». Сотрудничество — это готовность показать и делать то, что и как нужно сделать, в импровизации и взаимном обучении.

В пороговой/лиминальной модели условия жизни создаются совместно, и это является важным качественным сдвигом во взаимодействии. Грубовато, но довольно точно это можно выразить так: в будущем идеалисты будут более востребованы, чем мудаки.

Кредитовать. Работать вместе. Учиться вместе, преодолевая все различия и границы: поколений, культур, видов

Между этапами эволюции, между нами, как социальными существами, между ролями внутри нас, как  профессионалов, родителей, любовников, друзей, пациентов, граждан, активистов, спортсменов – в пороговом/лиминальном поле совместной жизни происходит взаимное обучение. Так тренируется способность к восприимчивости и реакции на сложность времени, в котором мы живем.

“Я встречусь с вами там – на лиминальной площади нашего общего будущего”. – Я знаю, как неопределенно это может звучать. Тон скептицизма, выхолащивая сложность всего происходящего, токсичен для первопроходцев. Когда появляются новые идеи, их изобретателям часто «рубят головы», хотя лидерство всегда связано с открытием.

Оно, лидерство – про то, как создавать новые вещи новыми способами. Если (и это большое «если») человечество научится жить по-новому, я уверена, это случится только благодаря тому, что мы сможем обучаться вместе. Это не произойдет из-за «горячего выстрела» автора новой книги-бестселлера о том, как изменить жизнь к лучшему, «вирусного» мема и чьего-либо супер выступления на TED…

Пороговое/лиминальное лидерство будет выглядеть как общность всех людей – ты и я и остальные 7 миллиардов матерей и дочерей, отцов и сыновей. Мы будем лидировать не от имени компании или нации, и не от имени религии и системы убеждений. Мы будем поддерживать друг друга в штормах экономических перемен, в условиях экологических потрясений и политического безумия. Да, будут травмы, боль и потери, неизбежные для трансформации, а нашим утешением во время этой трансформации станет не что иное, как творческое выражение нежности. Совместное исцеление — это совместное обучение.

Кнут или связующая нить

Так много границ между различными группами людей прорисовано сейчас. Они пересекаются в хаотичном беспорядке лояльностей; путаница глубока. Наблюдать это ужасно интересно. Отделение одной группы от другой – плохая традиция, которая, зародившись когда-то, может длиться вечно, вредя всем последующим поколениям. Люди всегда могут показывать пальцем на другую расу, другое поколение, другой социальный класс, другой уровень образования, другую религию, другую профессию, другой пол, другое состояние здоровья, другую национальность, другую политическую партию, другой образ жизни, другую философию, другой тип тела, другую культуру, другой язык, другую группу крови. И этот список можно продолжать бесконечно.

Мне кажется, что вместе с тем, как иллюзии различий в живых системах разрушаются, происходит обратный процесс: каждая идеологическая группировка застревает на своей собственной частоте и становится все менее способной слышать других.  Словно гладиаторы из противостоящих систем убеждений “отличные” друг от друга группы сами скручивают себе шеи. Дезориентированные, эти бойцы больше не уверены в том, кто “за”, а кто “против”, и где находится граница между ними. Водораздел между левыми и правыми политическими силами истончается, а разрыв между богатыми и бедными растет.

История показывает нам огромный спектр возможностей человечества, но нам все еще предстоить узнать о том, кто же эти двуногие. Мы еще не подошли к концу истории? (Или же это он и есть?) Является ли естественной природой человека агрессия и жадность? Готовы ли мы взять эти формы реакций и поведения, чтобы залить их в фундамент будущего?

Я — точно не готова. Я не уверена, что человечность сокрыта в нашей внутренней дикости. Но, без реорганизации встроенных в каждого из нас представлений о жизни и способах ее проживания, человечество не сможет построить нечто принципиально новое и здоровое. Итак, готовы ли мы?

Будущее сможет видеть вас совершенно нагими

Многое из того, что имеет значение сейчас, в будущем потеряет смысл. Последующие поколения будут качать головами видя жертвы, принесенные их предками ради материального благополучия. Им будет безразлично, сколько у вас было престижа, сколько биткойнов вы купили, кто считал вас знаменитым или даже какой виджет или вакцину вы создали. Если человечество выйдет на следующий уровень в эволюционной игре, то цениться будет признание нашей взаимозависимости друг от друга и с иными организмами биосферы.

Если представить себе, что такой момент наступит, например, через 30 лет, то уже сейчас скрывать что-либо нет смысла. Привычные отговорки для оправдания своих повседневных деструктивных паттернов не смогут удержать поток изменений. Вспомните нацистов в Нюрнберге, которые говорили: «Я просто делал свою работу».

Защита нежной экологии жизни и человечества является одновременно и активной, и созерцательной практикой. Защита как мета-процесс: защита меня становится защитой вас, а наша защита включает в себя и защиту экологии среды, в которой мы все дышим. Эта взаимозависимость есть то, что обеспечивает каждой живой системе ее жизнеспособность. Она есть в опыте любого живого организма. И тем не менее, она не упоминается ни в уставе ООН, ни в чьей-либо государственной конституции. У нее нет своей страницы в Википедии, но она существует и повсеместно применяется несмотря на то, что остается нераспознанной. Взаимозависимость не исчезает лишь из-за того, что мы ее не улавливаем своим слуховым диапазоном, она не истончается за пределами спектра хроматического восприятия или за горизонтом нашей логики.

Сенсорный потенциал человечества еще в значительной степени не раскрыт

Можно ли увидеть то, чего мы раньше никогда не видели? Сказать то, о чем раньше не говорили? Любить тех, кого раньше не любили? Подумать о том, о чем прежде не думали? Жить так, как раньше еще не жили?

Вглядываясь в историю, можно увидеть, что люди думали об увиденном ими, как они воспринимали это. Но при взгляде в наступающие десятилетия восприятие может быть намного более свободным, если только оно не зашорено прошлым опытом, и такая  ограниченность сейчас опасна.

“Авторизации на вход” в новые области сенсорного опыта и его описание предоставлено не будет. Никто не сможет дать аккредитацию на то, что еще предстоит осознать. Чтобы проявлять настоящее, нужно проявлять себя, тело, интеллект, эмоции, финансы, карьеру, семью — и проявлять себя готовым учиться. Проблемы в это историческое время сложны, и для восприятия сложности требуется сложность.

Свежая кожа

чувствует разные ощущения.

Из бессвязной речи появляются новые предложения

о нераскрытой нежности,

разрывающей мембрану нечувствительности.

Приложение

3 вещи, которые нужно помнить для осознания взаимозависимости

  1. Злободневные проблемы требуют межсистемных изменений, а не изолированных решений.
  2. Принятие мер без изменения восприятия ведет к повторным ошибкам и коротким замыканиям в необходимой для решения сложности.
  3. Восприятие является интеллектуальным, эмоциональным, физическим, культурным и относительным процессом. Придание смысла связано с восприятием и передачей ощущений. Рост чувствительности необходим для поиска новых путей с помощью старых моделей.

Готовы ли мы? Лучше бы «да», потому что рост чувствительности предполагает и переживание боли. Эта боль задает вопрос: могу ли я развить такую отзывчивость, которая необходима для настоящих системных изменений?

Виньетка 2: Мой дед, Уильям Бейтсон, отказался от того, что он называл «истэблишментом» примерно в 1908 году. Он придумал термин «генетика», а затем с ужасом наблюдал за тем, как его работа была использована научным сообществом для доказательств евгеники, и за тем, как научная работа была использована политиками для оправдания расизма, а затем еще и журналистами, использовавшими политику и науку для пропаганды, и также еще академической средой, чтобы потворствовать амбициям страждущих славы руководителей отделов. Он предпочел бы не иметь ни с чем из этого ничего общего. Я же все еще пытаюсь. Я иду быстрее многих, но медленнее, чем это нужно, чтобы полностью и целиком признать, что «там ничего стоящего нет». Я хотела думать, что существует возможность поэтапного изменения, пусть небольшая, и что демократию, хотя она неидеальна, можно было бы улучшить благодаря напряженной работе и блестящим умам, появившимся в последние десятилетия. Однако, все чаще, я вижу, что необходима системная пере-фокусировка. Развитие системных институтов зависит от их связности друг с другом, иначе они обречены на разрушение.

Нет ни славы, ни какой-либо выгоды в пороговом/лиминальном лидерстве

Виньетка 3: Роль родителя иногда опасно приближается к игре Бога чьей-то судьбой. Я боялась отправить сына в профессиональную театральную школу, когда ему было 15 лет. Он был хорошим учеником на пути к хорошему университету. Я спросила его учителя актерского мастерства, не думает ли он, что  для моего сына станет проклятием жизни, если послать его учиться тому, что, вероятно, приземлило бы его на всю жизнь ожиданиями творческого успеха, и вот что он мне ответил: «Если ваш сын просто хочет поступить в актерскую школу, то не отправляйте его. Если же он чувствует, что не сможет жить, если не поступит, тогда – посылайте».

Любой, кто захочет помочь вступить в новый образ жизни, чтящий благосостояние всех людей и других форм жизни, должен быть готов рискнуть всем, чтобы добраться туда. Потребуется огромное усилие.

Спрятаться негде. Всеохватывающая сложность потребует интегральности тех, кто прошел через «темную ночь» и осознания того, что, даже если у вас может не быть плана как себя вести во внезапно возникшей путанице, вы полностью проявите себя. И вы точно сделаете это как лучший вариант «вас», когда-либо проявленный.

Я ничего про нас не знаю. Готовы ли вы рискнуть всем? Что бы вы сделали для кого-то, кого раньше не знали, для леса, в который никогда еще не ходили, для будущего, в котором вас может и не быть? Готовы ли вы переоценить свои права собственности? Пожертвовать своей текущей должностью? Сможете ли вы проявиться без имени, без гроша, никому в коллективе неизвестный и предложить свои открытые руки? Захотите ли вы увидеть достоинство и радость в заботе о других, — тех, кто поначалу возможно не будет добр к вам? Готовитесь ли вы к кризисам, строя бункер, заполненный припасами, или обучая себя помощи нуждающимся? Нужно ли дожидаться, когда возникнет аварийная ситуация? Или же сейчас все в полном порядке? Можете ли вы свободно идти, в своей интегральной целостности?

«Прошлое — наша определенность. Мы можем стремиться с полным основанием избегать чего-то плохого в нем. Но мы избежим всего этого, только когда добавим к нему что-то получше».

                                                                                                                                                      ~ Венделл Берри

Liminal Leadership

Нора Бейтсон

Опубликовано осенью | зимой 2017

Похожие материалы

Комментарии/0

Оставить комментарий